Аннотация:АннотацияВведение. Юродивые – одна из самых интересных тем для исследователей творчества Ф.М. Достоевского. Связано это, вероятно, с несколькими причинами. Во-первых, неоднозначным кажется ответ на вопрос о том, каких героев можно отнести к юродивым. Часть исследователей ориентируется на то, кого из героев называют юродивыми в текстах Достоевского, а часть заявляет о том, что критерии отнесения героев к юродивым должны быть тщательно проанализированы и выведены самими исследователями. А, во-вторых, необходимо ответить на вопрос о том, чем юродивые герои Достоевского отличаются от классических христианских юродивых. В данной статье автор обращается к образам героев последнего романа Ф.М. Достоевского «Братья Карамазовы». Речь идет о Федоре Павловиче Карамазове и его второй жене Софье Ивановне. На сегодняшний день самой распространенной трактовкой героев в научно-исследовательском поле остается та, которая ведет свое начало от идей М.М. Бахтина и говорит о связи между юродством и шутовством. Соответственно, Софья Ивановна – это героиня-юродивая, а Федор Павлович – шут. Такая трактовка, безусловно, находит свое подтверждение в текстах самого Достоевского. Кроме того, в научно-исследовательской литературе образ Карамазова-отца трактуется преимущественно негативно, образ же его жены Кликуши остается практически неисследованным. В статье также анализируется кликушество как феномен именно в творчестве Ф.М. Достоевского, в философии которого исследователи видят реабилитацию кликушества.Цель. Автор данной статьи предлагает уйти от торжествующих в научно-исследовательском поле трактовок шутовства и юродства у Достоевского и проанализировать образы Федора Павловича Карамазова и его второй жены, обратившись к идеям самого философа, который в главе «Влас» «Дневника писателя» рассуждал о русском типе человека. Методы. Методами, которые были использованы в данном исследовании, являются сравнительный философский анализ, который помогает выявить разницу между страхом и ужасом у выбранных философов. А также литературоведческий анализ сочинений самого Ф. М. Достоевского и трактовок его идей в пространстве мысли М.М. Бахтина и ряда современных учёных, что позволяет выявить несоответствия между трактовками и трактуемым материалом. Данные виды анализа имеют своей целью выявление коннотаций и расхождений в философских системах исследуемых мыслителей как на уровне текстуального анализа их произведений, так и на уровне изучения их концептов. В качестве вспомогательного метода используется текстологический анализ, который позволяет провести обстоятельную аналитику текстов Достоевского для подтверждения выводов, сделанных в данной статье. Основным методом исследования является философско-антропологический анализ, применяя который мы используем человека как оптику для решения философских вопросов, поднятых Достоевским. Автор статьи выбирает данный метод в качестве главного, поскольку он отвечает задачам статьи.Научная новизна исследования. Обращение к главе из «Дневника писателя» «Влас» помогает полностью поменять саму возможность трактовки образов героев Достоевского. При таком подходе Федор Павлович Карамазов будет попыткой писателя изваять тип русского человека, который во всем до последней черты доходит, а его жена-кликуша становится одной из тех людей в народе, которые Христа в сердце своем знают. Таким образом, появляется возможность выявления смыслов, заданных Достоевским, с опорой на авторские тексты.Результаты. Исследуя такую значимую для Достоевского тему, как юродство, автор уходит от доминирующей в научно-исследовательском поле трактовки М.М. Бахтина. Важным кажется и то, что идеи Бахтина, касались преимущественно европейской литературы, а значит, они не могут быть полностью перенесены на философские изыскания Достоевского. В результате обращения к текстам самого Достоевского нам удается придать новые смыслы анализируемым в статье характерам и идеям.Выводы. Для философии Ф.М. Достоевского, одной из главных задач которой становятся попытки осмыслить, что значит русское самосознание, каков русский человек и чем он отличается ото всех остальных, характерен отказ от европоцентричности мышления. Результатом этого становится необходимость осмыслять Достоевского не через европейскую культуру и обращение к ней, а обращаясь к авторским текстам. Таким образом, появляются новые возможности трактовать столь значимые для всего его творчества феномены, как шутовство и юродство. Федор Павлович Карамазов становится для Достоевского возможностью исследовать такой тип русского человека, который во всем до последней черты доходит, а его жена-кликуша - русская женщина, которая Христа в сердце своем знает.
