ИСТИНА

В последние годы растет интерес к архитектуре советских научных центров, и на первый взгляд удовлетворить его могли бы многочисленные публикации проектировавшего их института ГИПРОНИИ, который с конца 1960-х гг. активно развивал собственную издательскую программу. На страницах сборников и книг сотрудники института декларировали выработку идеальных схем архитектурной и градостроительной организации научной деятельности, иллюстрацией шагов к достижению которой служили в том числе проекты подмосковных научных центров. Генерализирующий подход к описанию собственной практики подкупает простотой и в то же время обаянием модернистской тотальности. Действительно, на примере проектов подмосковных научных центров 1950–1960-х гг. можно наблюдать единство стилистических и планировочных решений. Но с начала 1970-х гг. оно теряется: в каждом из городов обнаруживаются свои вариации усложнения и утяжеления форм модернистской архитектуры. Изучение проектов показывает, что они зачастую далеки от тех качеств, которые им приписывались в упомянутых публикациях. Причина этого кроется, вероятно, в усложнении внутренней структуры самого проектного института. Создание Отделения научно-исследовательских работ, во многом определившее возрастание объемов публикаций, произошло незадолго до организации комплексных проектных мастерских в подмосковных научных центрах. Работая in situ, архитекторы зачастую были очарованы не только и не столько теоретическими идеями московских коллег, но и всем доступным спектром отечественной и зарубежной практики. В результате реальное проектирование редко оказывалось в русле с декларируемого на страницах «единства», а ведущие его архитекторы почти не имели (а может, и не искали) возможности высказаться о собственных творческих принципах.